• Максим Щербаков

Алексей Брындин о музыкальной моде, Петербурге и самокопании

Bryndin - авторский проект музыканта и поэта Алексея Брындина из Санкт-Петербурга. Его музыка посвящена разным темам и собирается в циклы. Это интервью вышло невероятно глубоким. Оно даёт нам понимание сути этой необычной для нашего времени музыки.


- Почему в детстве вы мечтали стать музыкантом?

- Честно говоря, в самом детстве я музыкантом, ни то, чтобы не мечтал, а никогда и не думал, что я им могу быть. Дело в том, что я гитару взял в руки только в лет в 16, если мне не изменяет память. И соответственно, я взял её в руки только по той причине, что хотел научиться на ней играть. Я с семи лет занимаюсь шахматами, а сейчас преподаю их уже сам. Также я с раннего детства футболом увлекался. Поэтому на вопрос: "Шахматы, футбол или музыка?", я на первое место ставил футбол, на второе место шахматы, а вот музыка появилась только в более подростковом возрасте.


- А на шахматы вы как попали?

- Что касается шахмат, то просто, когда мне исполнилось 7 лет, я пошёл смотреться на набор в СДЮШОР №2 Аничкова дворца. Не просто так, у меня отец - кандидат в мастера спорта. И соответственно, пошёл, меня там просмотрели, не могу сказать, что я там произвёл какое-то неизгладимое впечатление, но, так сказать, по генетической линии решили, что если отец - кандидат в мастера спорта, то и сын им должен быть, тогда что-нибудь да и выйдет. Вот что-нибудь да вышло.


- Вы гонитесь за музыкальной модой?

- В этом плане скорее нет. Во-первых, как у музыканта у меня довольно обширное количество знакомых групп, исполнителей, самих музыкантов, которые играют. Естественно, есть момент заимствования вещей, которые сейчас популярны, но конкретно в моей музыке это напрочь отсутствует. Это дело абсолютной вкусовщины. Мне в принципе не нравится сочетание современных каких-то синтов, каких-то голосовых обработок и так далее, и так далее. То есть я скорее за максимально не то, чтобы за классическое звучание, но можно добиться красоты музыки и без современных технологий.


- А вообще в музыке есть какая-то мода? Или у каждого свой стиль?

- Тут вопрос заключается в вечном движении из разряда: "Спрос рождает предложение или предложение рождает спрос?" То есть мода, несомненно, в музыке есть, но это скорее вопрос реакции слушателей на то, что делают музыканты. И вот моду, собственно говоря, формируют изначально всё-таки слушатели. Есть, конечно, прекрасные люди, которые сидят на радио, которые работают продюсерами, которые работают над авторскими программами, и, соответственно, их вкус естественно влияет на вкус аудитории, но в целом, это такие же люди, собственно говоря.

Поэтому в музыке, как в искусстве, нет никакой моды, а вот среди людей моду, конечно, никто не отменял.

- Ваша музыка у молодёжи сейчас в тренде?

- Я думаю, что совсем нет. Я думаю, что даже у людей моего поколения, мягко говоря, не в тренде вся эта история.


- Почему так?

- Тут можно пуститься в огромные рассуждения. Но если бы я знал, конкретно почему так, может быть, я что-то либо изменял, либо просто завязал бы с этим делом. Что-нибудь я с этим знанием точно бы делал. А так можно оставаться только в догадках.

Если продолжать про модную и немодную музыку, то, во-первых, то, что я играю, конечно же, не является каким-то течением, которое сейчас можно легко услышать на радио. Соответственно, это момент аудитории, насколько большой объём людей слышит твою музыку, насколько эти люди вслушиваются в то, что происходит, и каков процесс вот всего этого. Во-вторых, моменты элементарно для кого конкретно ты делаешь это. Люди не зря занимаются всеми этими менеджерскими вопросами из разряда: "Кто ваша целевая аудитория?" Соответственно, народ музыкальный редко об этом задумывается. И я в их числе. То есть я могу иногда задуматься, но это никак не повлияет на то, что мне нравится делать. Поэтому это, наверное, самый сложный вопрос.

Хочется ответить, что банально нет денег, чтобы конкурировать с теми коллективами и исполнителями, которые могут записать песню, потом позвонит по телефону, и эта песня сразу же оказывается на радио, а исполнитель оказывается на больших площадках. Есть такой момент, но я не думаю, что он единственный. Есть много моментов, но всё-таки в первую очередь это финансовая история. И знакомства, естественно.

И соответственно, нельзя таить грех за душой и говорить, что ты на уровне космической музыки, а Фредди Меркьюри просто отдыхает по сравнению с тобой. Конечно же, это не так, нужно просто расти, как музыканту, как автору. Другой вопрос, что опять же не понятно, в каком направлении подразумевать слово "расти". Если расти - это добавлять современности и трендовости звучанию, то есть делать свою музыку похожей на что-то, что является популярным, и что, скажем так, слушает большая часть аудитории, то, наверное, это не мой путь. Я не собираюсь расти именно в таком направлении. Такой философский вопрос, над которым можно бесконечно рассуждать.

А ответ очень простой: музыкантов на планете земля бешенное количество, и неужели все они должны быт знамениты? Это тоже было бы очень не справедливо.


- Расскажите, как рождаются песни?

- По-разному. Если брать последний период, то он для меня самых подходящий. Дело в том, что я не из тех авторов, которые ищут темы из разряда: "Хочу написать песню про живопись, поэтому пойду на какую-нибудь выставку художника, чтобы натолкнуть себя на какие-то мысли". Я как раз из других людей. То есть, например, вот это прекрасное сидение дома в пандемию родило у меня творческий бум. Просто по сути, как это было у классика: "Можете ли вы распутать преступление, не выходя из комнаты?" И примерно также: "Можете ли вы записать альбом, не выходя из дома?" Могу. Я из тех авторов, которые скорее изнутри себя берут какие-то моменты, нежели откровенно поёт о том, как говорится, что вижу, о том и пою.

Хотя песни очень разные у меня. Направлений много, поэтому последние работы, начиная с выходы EP "Нас ждут пустые стадионы", это такой ироничный стёб над нами, которые находятся в неком информационном андеграунде, и никто вообще не освещает ни наше творчество, ни наши концерты, ни нашу жизнь, или если освещает, то делает это раз в полгода. Естественно, всё наше творчество тонет в миллиардных репостах, в миллиардных упоминаниях других исполнителей. Такой ироничный - лиричный стёб, но он про нас, про нынешних русских музыкантов, которые работают в таком поэтическом рок-направлении. Соответственно, потом EP "Мгновение тишины", это из разряда такой историко-патриотической тематики. Тот же самых сингл "Услышьте нас", посвящённый морякам Курска. И сейчас будет новый альбом "Счастливая жизнь обитателей болота". Он тоже по сути в таком иронично-патриотичном стиле рассказывает о бытовых вещах, и это такой цикл. Я даже, можно сказать, выбрал его целенаправленно, и он ещё будет продолжаться. Будет ещё один сингл, посвящённый Аничковому дворцу. Это место, где я с семи лет занимался шахматами, и сейчас преподаю шахматы. Это такой реверанс в сторону места, которое собственно меня сформировало.

И закончится этот цикл альбомом "Мой Петербург", посвящённому тому городу, где я родился, живу, творю. На данный момент просто, конкретно выбранного произведения, в хорошем смысле, сейчас почему-то вдруг выяснилось, что у этого слова бывает ещё и плохая сторона, но по факту, патриотическая история. И эти песни могу рождаться и рождаются просто в любой момент практически. Например, песня, посвящённая морякам Курска, была написана , когда я ехал в электричке. То есть ничего наталкивающего, вообще ни намёка. Это какие-то вещи, которые в тебе, внутри, и в любой момент это просто бац, и выплёскивается из тебя. Потом есть другие циклы. Они впереди. Песен записано много, просто сейчас надо с этим материалом что-то делать. Есть, конечно, и те, которые реагируют на какие-то конкретные события, есть те, которые реагируют на конкретных людей. Много всяких разных, и все они пишутся по-разному. Какие-то пишутся изнутри, какие-то, как на внешний раздражитель, какие-то на какую-то историю, которая тебя зацепила.

Каждая песня живёт своей жизнью.

- А за что вы любите Петербург?

- С Петербургом можно говорить до бесконечности. Я безумно люблю этот город в первую очередь за архитектуру, во вторую очередь за наличие каналов, в третью очередь за парки, в четвёртую очередь, например, я живу в Приморском районе, здесь много зелени. То есть больше в таком архитектурно-природоведческом направлении люблю. Помимо этого, естественно, есть огромное количество театров, кинотеатров, то есть это индустрия определённая, которую я люблю: люблю актёрскую жизнь, люблю театры, люблю спектакли, люблю кино и так далее. То есть это моменты, которые мне, как и жителю любого другого города, симпатизируют. Потому что живя в каком-то маленьком уездном городе, я мог любить театр, кино, но видел бы всё это с экрана монитора, а это совсем другое всё-таки. Что касается жителей Петербурга, то тут отдельная история. Я достаточно поездил по стране, достаточно наобщался с разными людьми. Чтобы понимать, что если выстраивать какой-то среднестатистический образ петербуржца, то он, наверное, есть какой-то. Но если положа руку на сердце, то среднестатистический образ петербуржца - человек, которому в Европу поехать намного легче, дешевле, удобнее и понятие, чем, например, доехать до Байкала, до Казани или до Екатеринбурга. Всё-таки есть этот некий образ европейского направления. Он мне не близок. В связи с творчеством, в связи с поездками на чемпионаты страны по шахматам. Так сложилось. Мне намного интереснее история, культура, литература, театр, кино родной страны. Опять же, это ни в коем случае не уменьшает заслуги всех тех же направлений стран другого мира. Ни музыку, ни театр, ни кино западные. У всех есть свои плюсы, и, конечно, лучше побывать везде, но жизнь коротка, поэтому приходится делать выбор, и пока этот выбор был в пользу собственной страны. Возможно, это изменится, и я также, как и многие, начну изучать Европу. Но пока период изучения России.


- На какие темы вы бы никогда не написали произведение?

- Я думаю, что в принципе таких тем можно набрать много, но опять же, как говорится, не зарекайся. Это нужно проанализировать всё своё творчество, сделать какие-то выводы. Но факту, я точно знаю, противником чего я являюсь.

Я являюсь противником, скажем так, навешивания всех возможный собак на какого одного конкретного человека.

Условно говоря, в песне, которую я посвящу какому-то конкретному человеку с тем, что он во всём виноват, то такой песни никогда не будет. Песня может быть вызвана каким-то конкретным человеком, но настолько идеализировать одну персональную какую-то личность я никогда не буду. Я всё равно сделаю из этого определённый тип людей, или создам какой-то вопрос из этого. То есть "Иванов - козёл" от меня никогда не услышишь.


- Чем для вас написание песни отличается от написания стихотворения?

- Довольно часто преследующий меня в последнее время вопрос, потому что я начал много писать стихотворения. Хотя это было нетипично для меня ещё года два назад. В основном были написаны только песни, и про какое-то частое использование такой формы, как стихотворение, даже мысли не было. Появилось же это исходя из того, что стихотворение - это определённый поток мыслей и эмоций, который не нуждается, во-первых, в какой-то музыкальной отшлифовке, то есть не нужно придумывать вокальную мелодию, гармонию инструментов, и плюс ко всему, нет никакой мыли про припев, который должен повторяться, между куплетами, и в принципе сейчас все прекрасно понимают, что в основном аудитория помнит припевы.

Есть, конечно, огромная разница и в плане написания, и в плане работы над этим. Если бы не времена пандемии, в которые у меня написалось огромное количество песен на всякие разные темы, стихотворений особо не было. Именно во время, когда я сидел дома. Они были, конечно, и кстати, стихотворения в большей мере в моём случае являются реакцией на какое-то событие или какого человека. Я стал реагировать скорее стихотворениями, нежели песнями. А песни превратились в нечто такое немножко на другом уровне. Наверное, более глубоко начинаешь к этому относится. Впрочем, стихотворения тоже довольно глубокие. Скорее написание стихотворений отличается временным фактором. Стихотворение ты пишешь быстро. Я не помню ни одного стихотворение, которое я бы писал больше дня, учитывая что тебя отвлекает работа, ещё что-то. То есть ты бросаешь это занятие, не потому что не знаешь, что с этим делать, а потому что просто нужно. В целом, за день стихотворения всегда писались. С песней же другая история. С песней процесс начинается с того момента, когда у тебя появляется мелодия, или строчка с мелодией, или сначала строчка, а потом мелодия, а заканчивается это не тем моментом, когда ты под гитару записал это дело, а заканчивается тем моментом, когда ты на студии всё это собрал в единую композицию и понимаешь, что вот так ты сейчас всё это видишь, никак по-другому. К песням более серьёзное отношение стало, чем в начале музыкального пути. Там как раз казалось всё легко и просто: записал, сюда барабаны, там гитару, бас, что-нибудь, тяп-ляп и всё готово. Сейчас я понимаю, что всё не так. На студии песни иногда приобретают совершенно отличное от своего первоначального сочинения вид. Песня это монументально, стихотворение - эмоция на какое-то событие или какое-то размышление, которое не то, чтобы мимолётное, но оно сейчас возникло, и ты, собственно, в стихотворении эту мысль сразу же изложил. С песней ведётся очень большая работа.


- Вы считаете себя поэтом?

- Это такой момент, который невозможно определить без обратной связи со стороны читателя, слушателя, зрителя. Считаю ли я себя поэтом? Нет, не считаю. Более того, я даже себя музыкантом в принципе не считаю. Автор-исполнитель больше подходит, потому что это широкое понятие, которое не говорит ни о чём по сути. А что касается поэта, то поэт - это человек, который печатается, человек, которого читают. Понятно, что мы живём в 21 веке, и можно говорить, что меня читают на моей странице. И я очень благодарен этим людям, которые поддерживают и действительно читают. Хочется верить, что им нравится то, что я пишу.

Но достаточно ли этого, чтобы называть себя поэтом? Наверное, нет. Всё-таки должны быть некие люди, возможно, они ни чем не лучше и не хуже тех людей, которые меня просто читают, но тем не менее эти люди носят какие-то звания, регалии о том, что он какой-нибудь художественный руководитель поэтического кружка санкт-петербуржцев.

Всё-таки для того, чтобы давать себе определение какое-то высокое, опять же, в моём личном мнении очень высокая планка к слову "поэт", и у меня очень высокая планка к слову "музыкант", поэтому я сам для себя считаю, что я этих планок пока ещё не достиг. По тем причинам, что не так много людей мне говорит о том, что я действительно тем являюсь. А в этом плане я, как человек, занимающийся написанием стихотворений и песен, я полагаюсь, конечно же, на людей, которые слушают, приходят на концерты, читают.

То есть обратная связь от этих людей либо подкрепляет мою уверенность в том, что я движусь в направлении к этим великим вершинам для себя, любо, если обратной связи нет, то, значит, я, как это обычно бывает, вечерами нахожусь в постоянной риторике с самим собой из разряда: "Тем ли я занимаюсь? И вообще кому это нужно?" Такие обычные творческие муки.



- В каком-то из интервью вы сказали, что любите заниматься самокопанием. Как именно вы это делаете?

- Всё просто. Берёшь и задаёшь сам себе различные вопросы. И не всегда находишь лестные для самого себя ответы. А когда находишь нелестный для себя ответ, то начинаешь думать: "А почему же оно так вышло?" Это всё бесконечный процесс. Из разряда ответа на предыдущий вопрос: "Считаю ли я себя поэтом?" Кто-то на моём месте ответ "да". На этом у него всё и заканчивается. У кого-то всё очень просто: если ты умеешь играть на музыкальном инструменте, ты музыкант, если ты умеешь сочинять стихотворения в каком-то виде, ты поэт, если ты можешь извлекать из себя какие-то более-менее попадающие в музыку и в ноты звуки, ты вокалист. Я прямо сейчас занимаюсь самокопанием и из самокопания нахожу плюсы и минусы. Этот вечный процесс нахождения положительного и отрицательного и, соответственно, исходя из этого, делания каких-то выводов можно считать самокопанием.

Я не тот человек, который оценивает себя, как нечто положительное. Все мы неидеальны.

И постоянные размышления о том, что это было так, а могло быть по-другому, могло быть по третьему, могло быть по четвёртому, - это моё самокопание.


- Почему вы верите в Бога?

- Как у меня некоторые знакомые и не только знакомые, а всплывающие в новостное ленте, и я поддержу этих людей, я не верю в Бога, как в некую конкретную субстанцию. То есть всё, что связано с какой-либо из религий, не важно с какой, понятно, что их много, и в каждой религии есть свои течения, они как-то копошатся, ко мне никого отношения не имеет. А с точки зрения понимания Бога мной лично, то это некое, что нам не дано объяснить.

Нет слов, чтобы понять такое понятие, как Бог.

Одни говорят так, другие сяк, я имею ввиду религии. Они пытаются это всё объяснить словами, а словами, на мой взгляд, это всё необъяснимо. Я верю в то, что есть взаимосвязь всего. Абсолютно всего. Например, то, что сейчас я говорю, где-то когда-то, может быть, прямо сейчас, а, возможно, где-нибудь через тысячу лет будет иметь значение, о котором ни я, никто ныне живущий, никто до этого даже не думали. Я скорее верю в то, что всё это работает, и всё это вместе даёт нам какие-то моменты, над которыми надо задумываться. Их очень много. Я в довольно большом количестве своих стихотворений, каких-то песнях, если мне не изменяет память, я эти моменты тоже задеваю. Совершенно точно, например, вспоминаю стихотворение, посвящённое трагедии в Кемерово. Совершенно точно вспоминаю стихотворение, которое я посвятил Ефремову. Это как раз те моменты, когда наше общество пытается искать виноватых. Конечно же, виноватые находятся. Конечно же, виноват какой-нибудь охранник, который сделал то-то, то-то. Или, конечно же, виноват человек, перебравший и поехавший сильно выпившим за рулём. Конечно, они виноваты.

Но проблема-то в том, что любой человек является неким зеркалом порока общества.

И этот момент, когда общество начинает обвинят конкретную личность, и при этом складывается ощущение, что каждый, кто его обвиняет, на самом деле сам чист, как ангел, то этот момент, конечно, ну, такой.


- Как и когда вы к этому пришли?

- Я думаю, что конкретно сказать дату, часы и секунды я не смогу. Как я к это пришёл? Скорее путём научным. В наш век информационный тебе никто не запрещает читать много разной информации. А когда у тебя есть много разной информации, то ты можешь делать какие-то свои самостоятельные выводы и сравнивать. Это просто какой-то жизненный опыт скорее всего. Когда ты видишь много разных ситуаций: как музыкант, видишь много разных людей, как преподаватель, видишь много разных людей, как вожатый, я видел много разных людей и попадал в много разных ситуаций. Чем больше ты наблюдаешь за людьми, то тем больше ты какие-то выводы и делаешь. Плюс ко всему, огромное количество исторических материалов. Историей я в своё время очень интересовался, сейчас, к сожалению, в результате того, что времени мало, как-то меньше стал заниматься и отыскивать всякие интересные раритеты для себя. Но в целом, это такое знание помноженное на большой жизненный опыт, и жизненный опыт здесь - не количество лет, а широта видов деятельности и большое количество жизненных ситуаций, в которых ты побывал.


- В ранних интервью вы говорили, что у вас есть чувство внутреннего одиночества. Оно сохранилось до сих пор?

- Сейчас как-то, знаешь, закаляешься в связи с возрастом. И какие-то определённые вещи, для банальности, семейный статус "женат". Спутника по жизни выбираешь не просто так. Поэтому ощущение одиночества реже себя проявляет. Но периодически прихватывает. Но если заниматься самокопанием более глубоко, то я думаю, что здесь уже немного другие моменты. Здесь моменты человека, которому через 3-4 месяца стукнет 34, и тут, мне кажется, если копаться глубоко в своём мироощущении, то здесь скорее накатывает момент, что твои сверстники и все те, с кем ты незримо соединён, живут своей жизнью, как и ты. И моменты, когда ты начинаешь ощущать это внутреннее одиночество скорее связаны с этим моментом, потому что ты больше не можешь встретится с этими людьми. Подростковый вариант и молодёжный вариант заточены на том, что тебя никто не понимает. Вы с этими людьми видитесь, вы с ними говорите, но кажется, что на разных языках. А сейчас уже такое солидное ощущение, но благо оно возникает реже, потому что все мы, среди своих сверстников, чего-то достигли в жизни, многие женаты, кто не женат, то у тех постоянная вторая половина, у кого-то уже дети.


- Вы оптимист?

- Я бы сказал неизлечимый. Неизлечимый оптимист. Потому что, сравнивая плюсы и минусы, всегда выходил в плюсы. Всё же очень просто. Жизнь - это движение. Движение без оптимизма невозможно. Поэтому пессимист вряд ли когда-нибудь будет кого-то на что-то сподвигать кого-то что-то куда-то двигать. Поэтому в свете того, что я поэт, музыкант, в какой-то степени публичная личность и просто банально преподаватель и человек, работающий с будущим поколением, да я просто не могу быт пессимистом! Иначе бы я всем этим просто бы не являлся.


- Вы считаете себя необычным человеком?

- Этот вопрос из разряда самомнения. Я скорее не понимаю значения "обычный человек", поскольку я этого не понимаю, то и себя я необычным не считаю.



Недавние посты

Смотреть все